Национальная ассоциация предприятий автомобильного и городского пассажирского автотранспорта

Департамент тахографии

03.05.2017

Znak.com нашел копии дела о ДТП под Ханты-Мансийском, где погибли 10 детей и двое взрослых

В столице Югры начинается судебный процесс по делу о ДТП под Ханты-Мансийском, в котором погибли 10 юных спортсменов и два тренера, а еще 20 человек получили тяжелейшие травмы. В ходе расследования, которое продлилось пять месяцев, силовики опровергли первоначальную версию случившего, которую сразу после трагедии транслировало руководство полиции ХМАО. Тогда генерал Василий Романица заявлял, что аварию спровоцировал водитель пассажирского автобуса, который выехал на встречную полосу, где столкнулся с грузовиком, перевозящим нефтяное оборудование. Но теперь из материалов уголовного дела (копия есть в распоряжении Znak.com) известно, что все произошло наоборот. Водитель грузовика, который отрицал вину, к концу расследования ее признал.

Сразу после ДТП у общественности появилось много вопросов по обстоятельствам аварии. Например, силовики официально отказывались раскрывать информацию о водителях грузовиков, перевозивших нефтяное оборудование. Через какое-то время выяснилось, что водитель грузовика Volvo Раиль Саитханов из Башкирии еще летом на родине был лишен водительских прав за вождение в нетрезвом виде, но после этого свободно проезжал посты ГИБДД в ХМАО. Также источники Znak.com рассказывали про негабаритный груз, который он вез. Оказалось, что нефтяное оборудование принадлежит компании «Башнефтегеофизика». В самой компании сначала эту информацию Znak.com подтвердили, но общаясь с другими СМИ, пресс-секретарь БНГФ от своих слов отказался. Оставался открытым и главный вопрос – как именно произошло ДТП. Водитель автобуса Марат Зайнуллин, на которого сначала силовики и пресса возложили вину, опровергал информацию, что именно он выехал на встречную полосу.

Из показаний Саитханова в материалах уголовного дела версия с «Башнефтегеофизикой» подтверждается. Более того, на одном из допросов Саитханов расскажет, что какое-то время назад он официально числился водителем трала в «Башнефтегеофизике». Но около трех-четырех лет назад купил грузовик Scania и стал работать на себя.

Так, на самом первом допросе ночью с 4 на 5 декабря, он рассказал, что официально на момент ДТП нигде не работал, на жизнь зарабатывает частными перевозками. Для этого он использовал два принадлежащих ему грузовика – Volvo и Scania, а также прицеп с площадкой (трал, грузоподъемность которого составляет 39 тонн), предназначенный для перевозки крупногабаритного груза и полуприцеп. По его словам, 30 ноября 2016 года он получил разрешение на грузовые перевозки. Правда, уточнить компанию, которая выдавала разрешение, он не смог. Заказы он получал от уфимской компании ООО «Ресурс», которая заключала с ним договор аренды его грузовиков для перевозки конкретного груза.

«Около двух недель назад от представителей ООО «Ресурс» поступило предложение о перевозке негабаритного груза – буровой установки на базе ТГМ массой около 18 тонн и габаритного груза – буровой установки на санях с участка территории на 172-м километре автодороги Сургут – Ноябрьск, где расположена производственная база заказчика – АО «Башнефтегеофизика». Груз необходимо было доставить на территорию Потанайского месторождения в районе города Советский», – рассказал он следователю 5 декабря.

По его словам, 4 декабря около 9 часов утра он с младшим братом Вадимом прибыл на территорию производственной базы, чтобы забрать груз. Сам он сел за руль Volvo, к которому был прикреплен трал с загруженной на него буровой установкой на базе ГТМ, а брат управлял Scania. В путь с грузом они отправились около 10 часов утра. «Мы с братом следовали со скоростью не более 80 километров в час. Мною на протяжении всего пути использовались необходимые световые приборы в виде световых маячков оранжевого цвета на крыше кабины и на задней части прицепа, а также светоотражающие знаки в местах выступа негабаритного груза за пределы площадки прицепа», – рассказывал он следователю. Около четырех часов дня они проезжали в районе 926-го километра автодороги Ханты-Мансийск – Тюмень по направлению к Ханты-Мансийску от Сургута. По словам Саитханова, в это время было светло, температура воздуха была около минус 15 градусов, шел снег, дорожное покрытие не имело выбоин или ям, но при этом было покрыто снегом таким образом, что разделительная полоса не была видна. Проезжая в районе 926-го километра автодороги Ханты-Мансийск – Тюмень, он увидел за 100–150 метров следовавшее на встречной полосе движения транспортное средство. «Могу точно сказать, что я ехал, не меняя направления по своей полосе, на встречную полосу движения я не выезжал и старался держаться ближе к правому краю проезжей части. Транспортное средство, движущееся во встречном направлении также не совершало маневров, в том числе и вынужденных, двигалось ровно по своей полосе, как мне показалось. В тот момент я ехал со скоростью не более 80 километров в час, за мной ехал брат. Когда транспортное средство приблизилось ко мне, то неожиданно почувствовал удар от столкновения с ним, который пришелся на водительскую часть кабины, а именно в область левого бокового зеркала водительской двери по касательной, то есть столкновение было не прямым… От столкновения у меня разбилось зеркало и стекло водительской двери, что произошло далее с этим транспортным средством я не увидел, поскольку все произошло быстро и зеркало заднего вида моего автомобиля было деформировано. Я не стал резко тормозить, поскольку дорожное покрытие было скользким и я боялся, что машину развернет… Как я понял, после столкновения со мной автобус развернуло перпендикулярно дороге и произошло столкновение со Scania. По какой причине произошло столкновение моего автомобиля и автобуса, я не знаю, но предполагаю, что водитель автобуса не справился с управлением и выехал на мою полосу движения», – заявил Саитханов. На просьбу следователя схематично изобразить ДТП, он дал отказ, так как «не понял, как произошло столкновение».

Через два дня после ДТП Саитханову было предъявлено обвинение в совершении преступления по части пятой статьи 264 УК (Нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц). А еще через несколько дней Саитханов направил ходатайство о проведении дополнительного допроса с ним.

В ходе этого допроса следователя интересовали вопросы по техническому состоянию грузовиков, когда и где были проведены последние техосмотры, ремонты, как и кем было получено разрешение на перевозку нефтяного оборудования. Саитханов пояснил, что лично не занимался этим, вопрос курировал Ахат, фамилию которого он не знает. «Я ему передавал документы на груз, а также документы на мой автомобиль и прописывал маршрут движения. За согласование одного маршрута я платил 6500. Как результат своей работы он приносил мне соответствующее разрешение на перевозку груза», – объяснял Саитханов. Также следователь поинтересовался, известно ли водителю грузовика о решении мирового судьи по лишению его водительских прав, на что получил отрицательный ответ.

Но главное, что заявил Саитханов на этом допросе – новую версию причин ДТП. Если раньше он говорил, что автобус ехал по своей полосе и не совершал резких маневров, то теперь утверждал обратное: «Я ехал по своей полосе, навстречу ехал автобус по своей полосе. Метров за 10–15 перед столкновением автобус повело влево навстречу мне, мы столкнулись, и произошло ДТП».

В уголовном деле отмечается, что новые показания Саитханова существенно противоречили данным, полученным в ходе следствия, в том числе от других свидетелей, поэтому следователь решил проверить водителя грузовика на полиграфе. Следователя интересовали ответы на вопросы: выезжал ли Саитханов на встречную полосу, превышал ли он скорость более 90 километров в час, засыпал ли он на какое-то время, управляя автомобилем, было ли ему известно о лишении его водительских прав и так далее. По итогам допроса был сделан вывод, что Саитханов скрывает от следствия существенную информацию.

В феврале следователи отрапортовали в материалах дела следующее: «нарушая ПДД, Саитханов умышленно выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая, что его автомобиль не создаст помех для движения встречного транспорта, а имеющийся у него навык и опыт позволят избежать столкновения со встречным автомобилем». При этом, по данным следствия, Саитханов действительно двигался по трассе со скоростью не более 80 километров в час. Но и это есть нарушение скоростного режима для грузовиков, которым правила приписывают двигаться не более 70 километров в час.

Спустя три месяца расследования, 16 февраля, Саитханов в ходе очередного допроса признался, что выехал на встречку. «Вину признаю частично, так как на полосу встречного движения я выехал неумышленно, а по невнимательности», – говорится в протоколе допроса. «Перед дорожно-транспортным происшествием никаких препятствий передо мной не было, автомобили я не обгонял, никакие ямы не объезжал. Дорога была ровная, нормальная. Я не знаю, почему я выехал на полосу, предназначенную для встречного движения. Видимо, я отвлекся, смотря в боковые зеркала. Я предпринял меры с целью избежать столкновение – вывернул руль вправо. В принципе, я видел движущийся мне навстречу транспорт, но из-за того, что отвлекся, выехал на встречную полосу. Затем я уже увидел автобус в непосредственной близости от себя. Избежать столкновения не удалось. Автобус зацепил левое боковое зеркало, которое разбило окно с моей стороны и меня обдало стеклом… Как произошло столкновение автобуса с прицепом, с буровой установкой и с грузовым тягачом «Скания» я не видел, так как боковое зеркало было разбито», – рассказывал он следователю.

На вопрос, почему Саитханов признает вину частично, он заявил, что если водитель автобуса видел, что грузовик двигается по его полосе, то он должен был снизить скорость вплоть до полной остановки, а также принять в правую сторону. Водитель автобуса, как заявил Саитханов, этих мер не принял, что могло усугубить тяжесть последствий. К слову, из показаний свидетелей следует, что сам Саитханов не предпринял меры для предотвращения ДТП. А по одной из версий следствия, Саитханов перед ДТП мог заснуть за рулем. При этом в самом уголовном деле потерпевшие не смогли найти информацию о том, в каком состоянии был Саитханов в момент ДТП – проводилось ли его освидетельствование на употребление алкоголя, наркотиков и так далее.

Из пояснений водителя автобуса, следует, что он был ослеплен светом фар следовавшего навстречу грузовика и до последнего как мог старался уйти на обочину. По его словам, решающим моментом стало столкновение автобуса с торчащим негабаритным грузом. Сам водитель автобуса в ходе допроса указывал, что не увидел сразу выступающее с прицепа «такси» (так он опознал гусеничный вездеход оранжевого цвета). «В какой-то момент грузовик зацепил им автобус, который впоследствии развернулся поперек дороги. В следующий момент в него въехал следующий грузовик и разорвал автобус пополам», – объяснял водитель автобуса. По итогам расследования статья обвинения Зайнуллину была изменена. Сейчас ему инкриминируется часть третья статьи 238 УК РФ (Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей).

Водителю второго грузовика – брату Саитханова –обвинений так предъявлено и не было, хотя у пострадавших есть вопросы, соблюдал ли он дистанцию и скоростной режим и предпринимал ли меры для того, чтобы избежать столкновения.

Интересные данные получили следователи в ходе выяснения того, законно ли перевозилась нефтяная техника. Как рассказал Саитханов, специальные разрешения на перевозку крупногабаритного груза были получены ООО «Ресурс» и затем переданы ему на трассе Сургут – Ноябрьск на 170-м километре на Когалымском месторождении, где у БНГФ расположена одна из баз. «Передавал разрешения незнакомый мне ранее человек. При передаче специальных разрешений мне никто не разъяснял, что я должен ехать с какой-то ограниченной скоростью», – заявлял водитель грузовика в ходе допроса.

Он также сообщил, что лично осуществлял крепление вездехода при помощи цепей. «О существовании каких-либо требований, предусматривающих правила крепления груза (крупногабаритного) мне неизвестно», – заявил он следователю. При этом следователи выяснили, что договор об оказании услуг по организации перевозки оборудования БНГФ между Саитхановым и «Ресурсом» был подписан задним числом, уже после аварии – 6 декабря.

Источник: https://www.znak.com/2017-05-03/znak_com_nashel_kopii_dela_o_dtp_pod_hanty_mansiyskom_gde_pogiblo_10_detey_i_dvoe_vzroslyh

NIKITIN1004.jpgNIKITIN1005.jpgNIKITIN1008.jpgNIKITIN1007.jpgNIKITIN1006.jpg

Календарь Обучения

<<  Апрель 2019  >>
 Пн  Вт  Ср  Чт  Пт  Сб  Вс 
  1  2  3  4  5  6  7
  8  91011121314
15161718192021
22232425262728
2930